Публикации

Недельная глава «Дварим». Искусство быть последователем

Джонатан Сакс. Перевод ;английского; Светланы Силаковой


Когда Моше оставалось жить не больше месяца, он созвал народ. Моше дал народу указания о законах, которые тот должен был соблюдать, а также напомнил его историю, начиная с Исхода. В этом суть книги Дварим. Приступив к ;этой задаче, Моше почти сразу же припомнил эпизод с лазутчиками — тот самый, из‑за которого родителям нынешнего поколения народа отказали в  возможности войти в страну. Моше хотелось, чтобы новое поколение вынесло урок из этого эпизода и всегда хранило его в памяти. Оно нуждалось в вере и отваге. Возможно, эти качества всегда были частью того, что значит быть евреем.


Но история о лазутчиках  той форме, в которой Моше рассказывает ее здесь, крайне непохожа на ее версию в «Шлах‑леха» (Бемидбар, 13−14), в которой события описываются так, как они происходили тогда, почти тридцати девятью годами раньше. Расхождения между первой и второй версиями многочисленны и бросаются в глаза. Здесь я хочу сосредоточиться только на двух расхождениях.


Первое: кто предложил послать лазутчиков? В «Шлах‑леха» именно Б‑г отдал Моше такой приказ. «Г‑сподь сказал Моше: „Отправь людей…“» В нашей недельной главе этого потребовал народ: «Но вы все вместе пришли ко мне и сказали: „[Сначала] мы вышлем людей…“» Кто же велел это сделать — Б‑г или народ? По ответу на этот вопрос мы будем понимать этот эпизод совершенно по‑разному.


Второе: в чем состояла их миссия? В нашей недельной главе народ сказал: «[Сначала] мы вышлем людей, чтобы они пошли вперед, исследовали [веяхперу] страну» (Дварим, 1:22). Двенадцать человек «отправились [в путь], поднялись в горы и дошли до долины Эшколь; они исследовали [вайэраглу] [страну]» (Дварим, 1:24). То есть в нашей главе употреблены два ивритских глагола — «лахпор» и «лерагел», означающие «шпионить, разведывать».

Но, как я указал в своей статье о недельной главе «Шлах‑леха», в повествовании подчеркнуто не упоминается о шпионаже. Напротив, тринадцать раз употреблен глагол «латур», означающий «странствовать, исследовать, путешествовать, осматривать». Даже в нашей главе Моше, говоря не о лазутчиках, а о Б‑ге, сообщает: Он «шел впереди вас… Он выбирал („латур“) вам места для стоянок» (Дварим, 1:33).


По словам Мальбима, «латур» означает «выискивать что‑то хорошее, имеющееся в этих местах». «Лахпор» и «лерагел» означают выискивание слабых, уязвимых, открытых, незащищенных мест. Туризм и шпионаж — совершенно разные виды деятельности, так почему же в версии, изложенной в нашей главе, случившееся изображено как шпионская миссия, а в версии в «Шлах‑леха» оно же подчеркнуто изображено как миссия с иными задачами?


Эти два вопроса сочетаются с третьим, на который наталкивает необычайное заявление Моше в нашей главе. Заявив, что лазутчики и народ подверглись наказанию — Б‑г повелел, что они не доживут до вступления в Землю обетованную, Моше говорит:

Из‑за вас Г‑сподь прогневался также и на меня. Он сказал: «И ты тоже не войдешь туда! Йеошуа, сын Нуна, который служит тебе, — он войдет туда! Укрепи его, потому что он передаст [эту страну] во владение Израилю» (Дварим, 1:37−38).



Это воистину очень странно. Не в характере Моше перекладывать на других вину за то, что, по‑видимому, было его собственным промахом. Вдобавок это противоречит свидетельству самой Торы, ибо она сообщает нам, что кара для Моше и Аарона, состоявшая в том, что им не позволят войти в страну, была наложена из‑за событий в Кадеше, когда народ жаловался на нехватку воды. Комментаторы спорят, что именно Моше и Аарон сделали не так. Может быть, Моше поступил неверно, когда ударил посохом по скале? Или ему не следовало терять самообладание? Или причина была в чем‑то другом? В чем бы ни было дело, именно тогда Б‑г сказал: «За то, что вы Мне не поверили, не явили Мою святость на глазах у сынов Израиля, вам не суждено ввести эту общину в страну, которую Я им отдаю!» (Бемидбар, 20:12). Это случилось спустя примерно тридцать девять лет после эпизода с лазутчиками.


Что касается расхождений между двумя рассказами о лазутчиках, то р. Давид‑Цви Хоффман утверждал, что версия в «Шлах‑леха» рассказывает нам о том, что произошло. Рассказ в нашей главе, спустя одно поколение, предназначался не для информирования, а для предостережения. «Шлах‑леха» — историческое повествование; наша глава — проповедь. Это разные литературные жанры, и задачи у них разные.

Относительно фразы Моше — «Из‑за вас Г‑сподь прогневался также и на меня» — Рамбан предполагает: Моше просто хотел сказать, что и он тоже, подобно лазутчикам и народу, обречен умереть в пустыне. По альтернативной версии, Моше намекал: пусть никто не может утверждать, что Моше избежал участи поколения, которое вел за собой.


Однако Абарбанель предлагает интереснейшее альтернативное объяснение. Возможно, Моше и Аарону не дозволили войти в страну вовсе не из‑за эпизода с водой и скалой в Кадеше. Рассказ об этом эпизоде предназначался для того, чтобы отвлечь внимание от их истинных прегрешений. Истинным прегрешением Аарона была история с золотым тельцом. Истинным прегрешением Моше был эпизод с лазутчиками. Намек, что дело именно в этом, содержится в словах Моше в нашей главе: «Из‑за вас Г‑сподь прогневался также и на меня».

Но каким образом эпизод с лазутчиками мог быть виной Моше? Не Моше предложил их послать. Это предложил либо Б‑г, либо народ. Не Моше отправился с этой миссией. Не он вернулся с донесением.


Не он деморализовал народ. Чем же провинился Моше? За что Б‑г прогневался на него?

Ответ таится в первых двух вопросах: кто предложил послать лазутчиков? И отчего здесь и в «Шлах‑леха» употреблены разные глаголы?

На взгляд Раши, два рассказа — здесь и в «Шлах‑леха» — это не две разные версии одного и того же события. Эти рассказы — одна и та же версия одного и того же события, но разрезанная надвое: половина рассказана там, половина здесь. Именно народ попросил отправить лазутчиков (как сказано здесь). Моше отправился с их просьбой к Б‑гу. Б‑г согласился на просьбу, но в качестве уступки, а не повеления: «ты можешь послать», а не «отправь людей» (как сказано в «Шлах‑леха»).

Однако, дав разрешение, Б‑г поставил особое условие. «[Сначала] мы вышлем людей, чтобы они пошли вперед, исследовали страну [веяхперу]». Б‑г не дал Моше разрешения послать лазутчиков. Б‑г специально употребил глагол «латур»: то есть Он дал разрешение на то, чтобы эти люди попутешествовали по этой земле, вернулись и засвидетельствовали, что это хорошая и плодородная земля, источающая молоко и мед.


Народу не требовались лазутчики. Как сказал Моше, все годы скитаний по пустыне Б‑г «шел впереди вас, ночью в виде огня, чтобы указывать вам дорогу, по которой вам следует идти, а днем в виде облака; Он выбирал вам места для стоянок» (Дварим, 1:33). Однако им требовались свидетельства очевидцев о красоте и плодородии страны, куда они держали путь, страны, которую им предстояло отвоевать.


Моше, однако, не разъяснил эту разницу четко. Он сказал двенадцати мужчинам: «Осмотрите эту страну, [узнайте,] какова она, каков живущий в ней народ — силен ли он, слаб ли, много его или мало. И какова страна, в которой он живет, — хороша ли, плоха ли? Каковы города, в которых обитает [этот народ], — лишены ли они стен или укреплены?» Это подозрительно похоже на инструктаж перед шпионской миссией.

Когда десять из этих людей вернулись с деморализующим донесением и народ впал в панику, вина за это лежала на Моше, как минимум отчасти. Народ просил отправить лазутчиков. Моше должен был четко разъяснить, что люди, которых он отправляет туда, должны действовать не как лазутчики.

Что привело Моше к совершению такой ошибки? Раши предлагает ответ. В нашей главе сказано: «Но вы все вместе пришли ко мне и сказали: „[Сначала] мы вышлем людей, чтобы они пошли вперед, исследовали страну…“» Перевод не передает ощущения угрозы, присутствующего в оригинале. Они пришли, говорит Раши, «толпой», без почтительности, не следуя правилам этикета, беспорядочно. Они представляли собой толпу и были потенциально опасны. Это похоже как две капли воды на поведение народа в начале истории о золотом тельце: «Народ увидел, что Моше медлит спуститься с горы. Обступил народ Аарона, и сказали они ему…» (Шмот, 32:1).


Имея дело с разъяренной толпой, лидер не всегда контролирует ситуацию. Перед лицом безумия толпы подлинное лидерство невозможно. Если наша трактовка верна, ошибка Моше была почти незаметной: разница между шпионской миссией и обнадеживающим докладом очевидцев об осмотренной ими стране скорее неуловима. И все же, должно быть, ошибка была почти неизбежна, если мы примем во внимание тогдашнее настроение народа.

Именно это подразумевал Моше, заявив: «Из‑за вас Г‑сподь прогневался также и на меня». Он подразумевал следующее: Б‑г гневается на меня за то, что я не проявил свое лидерство более мощно, но именно вы — а точнее, ваши родители — сделали такое лидерство невозможным.


Это выводит нас к основополагающей истине, которая не вяжется с нашими интуитивными представлениями о жизни. В рамках проекта ТЕД была прочитана отличная лекция о лидерстве. Ее прослушивание занимает меньше трех минут. Докладчик спрашивает: «Что делает лидера лидером?» И немедля отвечает: «Первый последователь».


Есть знаменитое изречение мудрецов: «Сделай своим наставником [даже того, кто не выше тебя] и приобрети себе друга». Казалось бы, глаголы здесь стоят не на тех местах. Учителей не «делают». Друзей не «приобретают». Но в действительности в этом изречении все выражено в правильной форме. Ты делаешь кого‑то своим наставником, поскольку ты готов учиться. Ты делаешь кого‑то своим лидером, поскольку ты готов следовать за ним. Когда люди не готовы следовать за кем бы то ни было, даже величайший лидер не сможет повести их за собой. Именно это случилось с Аароном во время эпизода с тельцом, а также, в более неочевидной форме, с Моше во время эпизода с лазутчиками.


Решусь утверждать, что в этом одна из причин, по которым Йеошуа был выбран в преемники Моше. Другие достойные кандидаты имелись, в том числе Пинхас и Калев. Но Йеошуа, служа Моше все годы в пустыне, являл собой образец того, что значит быть последователем. А именно этому требовалось обучиться сынам Израиля.



Полагаю, быть последователем — это великое искусство, и ему уделяется слишком мало внимания. Отношения между лидерами и их последователями — это партнерство, основанное на взаимоуважении и постановке сложных задач друг перед другом. В иудаизме быть последователем не значит быть покорным, некритичным, слепо приемлющим все. Ставить под сомнение и спорить — тоже часть таких взаимоотношений. Однако мы слишком часто сетуем на дефицит лидерства, когда в действительности наша беда — дефицит умения быть последователями.


Вопросы (за шабатним столом)

1. В чем состояла изначальная задача миссии лазутчиков и во что превратилась эта миссия?

2. Почему в качестве преемника Моше был избран Йеошуа?

3. В чем, по словам рабби Сакса, на самом деле состояла ошибка Моше как лидера?

Источник Лехайм

Недельная глава